Широкое проникновение памятников западноевропейской живописи в Россию началось с момента основания Петром I русской столицы и нового культурного центра-Петербурга. Пример коллекционирования картин западных художников подал своим соотечественникам сам Петр. В ого дворцах в Петербурге и Петергофе, а также в основанной им Кунсткамере создаются первые собрания картин, приобретенных на аукционах в столицах европейских государств. Эти коллекции были по тем временам весьма значительны: в 1716 году Осип Соловьев приобрел в Голландии сто двадцать одну картину, а другой агент, Юрий Кологривов, в это же время купил в Брюсселе и Антверпене сто семнадцать полотен. Несколько позже к этому собранию присоединились еще сто девятнадцать картин, приобретенных Петром у английских купцов Эвана н Элсена. В коллекциях Петра преобладали картины голландских и фламандских художников. Яков Ште-лип, биографа-Петра, сообщает, что любимыми художниками русского царя были Рубенс, Рембрандт, Стегг, Ваувермап, Брейгель, ван дер Верф и Остаде. Если исключить аристократического ван дер Верфа, создававшего слащавые и идеализированные композиции, то во вкусах Петра действительно преобладает любовь к демократическим сюжетам, к картинам со сценами из жизни «голлапдских мужиков и баб». Однако в этой привязанности ко всему голландскому, в том числе и к голландской живописи, но следует видеть проявление только личного вкуса «шкипера Питера». Сам характер Петровской эпохи был во многом близок голландскому бюргерскому демократизму. Но, конечно, но только художественный интерес будили в русском зрителе картины голландских живописцев. Произведения таких мастеров, как любимый маринист Петра художник Адам Сило, удовлетворяли в первую очередь познавательный интерес молодой нации, выходящей на лю рек но просторы. За глубокое знание корабельного дела и мореходства ценил Пило, и Петр, хотя ему отнюдь не были чужды и чисто художественные интересы.
Таким образом, уже в петровское время в России начинают -складываться крупные дворцовые собрания. Среди них возникает и первая картинная галерея западных мастеров — Монплезир в Петергофе (ныне Петродворец). И хотя художественный уровень этих собраний был в целом еще недостаточно высок, они содержали уже некоторые выдающиеся памятники, вошедшие позже в золотой фонд Эрмитажа. К таковым относится, прежде всего, работа Рембрандта «Давид и Ионафан».
Широкое дворцовое строительство в середине XVIII века, стремление к роскоши и наслаждению благами жизни несколько изменили характер коллекционирования. Произведения живописи из источника положительных знаний и скромных эстетических радостей превращаются в предмет роскоши и нарядного убранства парадных помещений. Интимные и бюргерские но своему характеру комнатки петровских дворцов, где небольшие голландские и фламандские картины в строгой раме органически входили в интерьер, сменяются при Елизавете огромными, торжественными парадными залами, в которых зачастую те же самые картины уже, как ковер, от пола до потолка покрывают стены. Первый опыт такой ковровой, или шпалерной, развески был предпринят в 1759 году в петергофском Эрмитаже. Старый петровский интерьер, напоминавший уютную каюту флагманского корабля, изменился до неузнаваемости, а картины западноевропейских мастеров, имеющие самостоятельную художественную ценность, превратились в элемент декоративной отделки, в ценный материал для обивки стен. Вслед за петергофским Эрмитажем, но принципу шпалерной развески размещаются сотни «головок» итальянского живописца Пьетро Ротари в Кабинете мод и граций в Большом петергофском дворце и Кабинете Ротари Китайского дворца в Ораниенбауме.
По этому же принципу украшаются комнаты в доме И. И. Шувалова в Петербурге и Картинный зал Екатерининского дворца в Царском Селе. Этот последний явился наиболее значительным собранием картин западноевропейских мастеров, сложившимся в середине XVIII века. В его основе лежала приобретенная немецким художником Георгом Гротом по заказу Елизаветы коллекция из ста пятнадцати полотен, главным образом голландских, фламандских, немецких и отчасти итальянских и французских мастеров. Около десятка картин для украшения этого зала было изъято Елизаветой из петергофских дворцов. Архитектор Растрелли, руководивший строительством дворца, разместил коллекцию на стенах зала, отделив картины друг от друга лишь тонким золоченым багетом. При этом в жертву строгой симметрии были принесены размеры и формат картин, которые беззастенчиво увеличивались или уменьшались, если это требовалось по ходу дела. Средний уровень этой коллекции был не очень высок. Однако и здесь встречались произведения исключительно высокого качества, как, например, картина «Даная» работы француза Жака Бланшара и огромное полотно голландца Эмануела де Витте «Церковный интерьер».
Расцвет коллекционирования западноевропейских мастеров в России падает па вторую половину XVIII века —время, когда создается Эрмитаж, когда возникают крупнейшие собрания русской знати.
Покупка Екатериной II в 1764 году двухсот двадцати пяти картин берлинского купца Гоцковского положила основание Эрмитажу. Вслед за тем на берега Невы перекочевали многие видные собрания Западной Европы. Конечно, эти приобретения делались русской казной не ради бескорыстной любви к искусству. Затрачивая огромные средства на покупку художественных сокровищ, Екатерина стремилась замаскировать покачнувшееся в результате русско-турецкой войны финансовое положение русского правительства в одновременно прикрыть крепостническую сущность самодержавия лицемерной политикой «просвещении». И то и другое блестяще удалось. Общественное мнение Европы было Обработано. Великий просветитель Дидро писал своему другу скульптору Фалькопе: «Ах, мой друг, как мы изменились! Среди полного мира мы продаем наши картины и статуи, | Екатерина скупает их в разгар войны. Науки, искусства, вкус, мудрость восходят к северу, а варварство со своим кортежем нисходит па юг».
В результате этих покупок Эрмитаж превратился в один из крупнейших музеев Европы. В 1785 году в его коллекциях насчитывалось две тысячи шестьсот пятьдесят картин исключительно высокого качества. Преобладали по-прежнему картины голландско-фламандской школы. Этому особенно способствовало приобретение дрезденской коллекции Врюля, в составе которой в музей поступили в 1769 году работы Рембрандта, Рейсдала, шедевры Терборха, Мириса, Остаде, Ваувермана и других. Фламандская коллекция пополнилась работами Рубенса и серией «охот» П. де Фоса. Испанская и французская школы были представлены в собрании Брюля значительно слабее. Но именно коллекции Врюля Эрмитаж обязан двумя картинами Антуана Ватто «Затруднительное предложение» и «Отдых на пути в Египет», превосходной серией видов Дрездена и Пирпы, выполненных Бернардо Беллотто, и лучшей из имеющихся в Советском Союзе картин Тьеполо «Меценат представляет императору Августу свободные искусства».
Коллекции живописи собранные меценатами России.
Еще более высоким качеством отличалось собрание другого мецената XVIII века — барона Кроза. Ценность покупки этой французской коллекции (1772) заключалась в том, что с нею впервые в России появились произведения гениальных мастеров итальянского Возрождения — Рафаэля, Джорджоне, Тициана, Всронезо и Тинторетто. Коллекцией Кроза было положено основание и систематическому собирательству произведений французской школы. Луи Ленен, Пуссен, Ларжильер, Ватто, Шарден и ряд других, не менее блистательных мастеров Франции были представлены теперь в Петербурге значительными произведениями. Существенно обогатились также голландская и фламандская школы. Среди новых приобретений оказались такие шедевры, как «Дапая» и «Святое семейство» Рембрандта, «Автопортрет» ван Дейка и один из лучших, интимных и потому редких среди парадных портретов Рубенса — камеристки инфанты Изабеллы».
Эти же школы пополнились и благодаря покупке в 1783 году парижской коллекции Бодуэна. В ее составе было сто девятнадцать картин, среди них произведения Рембрандта, ван Дейка, Остаде и Рейсдала.
Но наиболее значительным приобретением того времени, особенно для пополнения итальянской и фламандской школ, была покупка в 1779 году лондонской коллекции лорда Роберта Уолпола, премьер-министра при королях Георге I и Георге II. В части фламандской живописи Эрмитаж получил прекрасные полотна Рубенса, среди них такие шедевры, как «Возчики камней» и «Вакханалия» (ныне в Государственном музее изобразительных искусств имени А. С. Пушкина, Москва), ряд полотен ван Дейка, серию «лавок» Снейдерса, картины Иордаиса и Тепирса. Итальянское собрание пополнилось произведениями мастеров XVII века -- Гвидо Ревя, Карло Маратти, Сальватора Розы и Луки Джордано.
